Один простой немецкий мужик пошел лечить зубы. Кто-то из верных друзей(!!!) подкинул ему нужный телефон, мужик договорился и утречком рано, но не слишком, нарисовался в кабинете стоматолога, прямо в центре, скажем, Гамбурга. Приятный кабинет, с картиной на стене, симпатичная ассистентша, благообразный пожилой доктор, с добрым взглядом. - Зубки болят??.. ну конечно же, это мы мигом, мигом... сюда пожалуйста, голубчик... свет не беспокоит???... Больно??? Ну что вы, что вы!!!.. Да у нас и средство есть и никаких уколов... Вот, подышите в масочку... поспите часик, а мы тем времеем... Успокоеный мужик расслабленно хрюкает в маску, закатывает глазки и заходит в нирванну... Врач с помощницей переглядиваются и..... А дальше происходит вот что. Распахивается дверь и в кабинет влетает команда санитаров. Мужика укладывают на каталку и ловко пакуют в стоящий внизу амбуланс. Амбуланс под сиреной и со всеми прибамбасами летит в... аэропорт, где все так же спящего мужика грузят в маленький самолетик, который тут же взлетает и берет курс на... куда? Щас узнаете. Все рассчитано по минутам, мужик спит, с ним неотлучно заботливая медсестра, внимательный доктор и бодрые санитары. В пункте приема самолет уже ждут. Все те же санитары запихивают мужика в другой уже амбуланс, который со свистом летит в город. В городе мужика вынимают в обратном порядке: каталка - лифт - кабинет - кресло. Санитары исчезают, мужик открывает глаза. Он видит все тот же кабинет, ту же картину на стене, красивые ножки медсестры и ласковые глаза дяди - доктора. Он прекрасно выспался и у него уже ничего не болит. - Ой, доктор, уже все??... Нет, правда??... Совсем не больно... Немного привкус во рту и голова кружится чуть-чуть... но в остальном - просто фантастиш, я бы даже сказал - натюрлихт!!! Расплатившись, мужик выходит из кабинета, он весел и счастлив. Он спускается по лестнице, распахивает дверь и оказывается в центре Кельна... Секунду и он понимает что что-то не то, он закрывает глаза и задом заходит обратно в дверь. Цунами, морской змей, мировой кризис - что это все по сравнению с лицом человека, который зашел в дом в Гамбурге, а вышел в Кельне!!! Тупо глядя перед собой человек зажмуривается, хлопает себя по щекам, снова выходит наружу, упирается взглядом в известный каждому немцу Кельнский собор, и ему становится по-настоящему нехорошо. Он понимает, что его сплющило не по-детски и что вот они, вот они - Белочка с Кондратием, а щас подвалят и санитары и что жизнь была прекрасна и может его еще подлечат... И на этом месте из припаркованного рядом вагончика начинают вываливаться его плачущие друзья и еле живые операторы немецкой скрытой камеры. Утирая слезы и сопли, они ползут к нему по тратуару, не в силах сказать ни слова от хохота. Прохожие разбегаются, мужик получает полный ахтунг и опускается на ступеньки. Рядом с ним в обнимку присаживаются санитары и команда "стоматологов". Нет, в дурку никто не попал, хотя я лично не понимаю - как. Говорят, что эта хохма держала первые места в рейтинге несколько месяцев. А потом ее заменили "люди, падающие из окна..."

На 1 мая иду с дочкой 5 лет мимо центральной площади, где собрались коммунисты на митинг и поют гимн. Дочь остановилась, прислушалась и говорит: "Как красиво старички божью песню поют".

Говорили о квартирных кражах. Монолог одного из участников мне так понравился, что я его воспроизвел. Нет, мужики, самое лучшее спасение это собака. Вот ты говоришь – вневедомственная охрана. А твоя вневедомственная охрана будет у тебя в доме жить? – Нет! А собака живет. Я еще мальчишкой был, когда мы взяли щенка ротвейлера. Заводчик сказал мне, чтобы я и не думал в нем злость воспитывать! Он, говорит, сторож от природы. Мы с моим Каро вместе росли. Всю нашу семью он, конечно, знал, но хозяином признавал только меня. Когда я ложился спать, он приходил в мою комнату и плюхался у двери. И никто не мог войти. Он сразу нос морщил, клыки показывал и порыкивал. Мать моя кормила его. Он ей руки лизал. А разбудить меня в школу, она могла только из коридора. Твоя вневедомственная будет у тебя на полу у входа спать? Драться он любил с чужими собаками. Глаза при этом у него под лоб как-то закатывались. Вроде прямо белками смотрел. Или не смотрел вовсе. Я, помню, еще не знал, что дерущихся собак надо за задние лапы растаскивать, когда он с соседским кобелем сцепился. Я, пытаясь их разнять, между ними влез. Он, сгоряча, и хватанул меня пару раз за ногу. В дырки от клыков мизинец влезал. Раз цыгане хотели нас обчистить. Дед в огороде ковырялся, а я в доме был. Пес спал где-то в тенечке за домом. Цыгане же наглые. Идут гурьбой по улице. Видят, что один дед в огороде ковыряется, в доме тихо, окна и двери нараспашку. Ну, человек шесть отделились от толпы, и шасть через калитку к нам во двор. Деду бросили коротко: «Мы попить». А сами через двор к дому. Быстренько. Я из своей комнаты их увидел, услышал, только и успел подумать: «Собака же не привязана». А они уже от собаки бегут. Один разорванную клыками ляжку рукой придерживает. Они даже в калитку все не поместились. Через забор перемахнули. Пес успел-таки еще двоих цапнуть. Но он спокойный был. Посмотрел им вслед, и снова за дом ушел. Я уже говорил, что всю нашу семью он знал. И в степени родства разбирался. Вот тетка моя жила неподалеку и часто к нам заходила. Он ей позволял заходить и выходить, даже если никого из нас дома не было. Только брать ничего не разрешал. Вот принесла она рассаду. Выложила ее из ведра, посадила, хотела взять лейку, чтобы полить, он зубы показал. Ага, нельзя значит. Хотела свое ведро забрать, - черта с два! Тоже нельзя! Принесла, поставила, - значит уже наше. Гулять я его мог и одного выпускать со двора. Он любил приходить к песочнице и смотреть, как детишки играют. Лежал рядом, поглядывал, подремывал, и снова поглядывал. Других собак отгонял. Деткам надоедали их формочки и ведерки, они с ним играли. Сыпали ему песок в глаза и уши. Я тогда еще удивлялся – чего у него глаза красные? Бабульки поначалу его побаивались, сердились на меня, потом привыкли. - Это хорошо, что он здесь. Вот вчера его не было, так бродячие собаки в песочнице нагадили. Ты, его почаще сюда присылай. Только и сам временами подходи. А то он нам не разрешает детей из песочницы забирать.