Диалоги! Лена: "Как тебе варенье?"Я: "Какое?"Лена: "Я две недели назад отправила с Уткой малину протертую с сахаром,2 трех литровых банки. Тебе и ему"Звонок: "Сука, Утка, ты шесть литров сожрал??"Утка: "Нет"Я: "Где????"Утка: "Я был занят и в ячейку на депозит их засунул, чтоб не таскаться сними"Я: "Давно?"Утка: "Сразу, как приехал на поезде. Уже дней 10 прошло. По-моему, онитам взорвались. Я туда не пойду"Я: "Я ключи выбросил, советую того же"Утка: "в Фонтанке уже"

Прочел тут про "Вечер Спермы", и вспомнилось... Сам на днях в очереди запивом стоял и разглядывал витрину со всевозможными закусками к нему (кпиву). Под стеклом лежат рядами пакетики сполосатиками-кальмарами-фисташками, а на них рукописные ценники.Бросился в глаза один: "Сиски с сыром - 7рэ". Офигел. Попросил приятелятоже прочесть. У него тоже сиски с сыром. Уже успел списать отсутствиемягкого знака на грамотность не русских продавцов, но тут удалосьпрочесть оригинал на самом пакетике. Оказались "снеки". А я ужобрадовался. Думал отведать :)

Дело было в Плавской ШП зимой, ровно двадцать лет назад. На предыдущиевыходные группа курсантов (все сверхсрочники) серъезно залетела спьянкой, вследствии чего всю неделю их дрючили с физо и строевой, дабыжизнь малиной не казалась. В воскресенье залетчиков оставили в части, иротный строго наказал ответственному (летеха тока из училища), дабы тотпосле завтрака встал с ними на лыжи и до обеда не возвращался. Делать нечего, нацепили солдатские лыжи (кто не знает-это широченные,плохо оструганные доски с резинками для надевания непосредственно насапоги/валенки) и ушли в лесостепь. Надо отметить, что летеха наш (звалиего Миша Ткачук) был телосложения щуплого, выглядит как пацан, и дляподдержания авторитета держался с нами подчеркнуто сурово и по уставу (ау многих курсантов за плечами пять-десять и больше лет сверхсрочной,жены и дети). В общем, опуская подробности, заблудились (промокли, замерзли как собакии зверски проголодались). Уже в потемках (часов в шесть) выползли накакой-то хуторок (как позже выяснилось в двадцати двух км от части попрямой, и почти в сорока по дороге), где нас после долгих переговоров иклятвенных заверений, что мы не власовцы и не американские парашютистыпустил в дом какой-то дедок. Обогрелись, пришли в себя, и завели с дедом разговор на предмет самогона(летеха в это время пошел искать телефон, дабы позвонить в часть, идоложить, что мы не дезертиры и вызвать машину). После долгих хожденийвокруг да около и горячих заверений, что мы не подосланы участковым, дедраскололся и сказал, что запасы горючего он хранит в потайном месте задровяным сараем. - Тока пока я хожу, надо, щоб кто на стреме во дворе постоял, - заявил дед, - А то Кузьмич, сука, пасет за мной, все под указ подвести хочет. Конечно, идти на мороз никому не хотелось, и мы начали выяснять, кому жепожертвовать здоровьем ради коллектива (разговор происходит на кухне).Тут в дверях появляется летеха, привлеченный громким разгвором. Мы резкозатыкаемся, а дед сфокусировав на нем взор радостно восклицает;- О, да вот пусть молодой на стреме и постоит! Воцарилось молчание. Летеха с удивлением, выжидающе уставился на нас,ну, и пришлось объяснить в чем дело. Летеха помолчал, чихнул и мрачно проговорил;- Телефон у них не работает. Так что придется до утра торчать... Бля, меня замполит с гавном сожрет... - ??? Так это, тарищ линант... Может... - Да, можно... - обреченно заключил летеха, - Дальше Кушки не пошлют, меньше взвода не дадут. Где тут у вас на стреме постоять надо? Я пихнул локтем сержанта Васю Горбушина (самый молодой из нас-двадцатьпять ему было, что ли...);- Да ничего, тарищ линант, мы сами... Дед, заполучив всю нашу наличность (и лейтенантову тоже-около двадцатипяти рублей), расщедрился на полную трехлитровую банку, да еще и закусивыставил. Потом, уже в подпитии, узнав, что Миша наш командир стучалкулаком по столу;- Вот, берите пример, дурни, пацан молоденький, а уж линант, а вы до седых волос в старшинском звании ходить будете...