Стою в магазине за пивком. Впереди стоит мужик, прилично одетый (это важно), много чего покупает. И напоследок заказывает сигареты. Продавщица спрашивает, какие. Мужик отвечает: "БЕЛОМОР". Я в ауте. А продавщица кладёт на прилавок пачку More белого цвета. Отлегло.

Преамбула, как иногда здесь пишут. Как-то по телевизору была передача о Смирнове, о его совсем не смешной жизни в отличии от большинства комедийных ролей, которые он сыграл (кто не знает Смирнов - это Макарыч из фильма "В бой идут одни старики"). Упоминалось о дружбе с Быковым (надеюсь не надо объяснять кто это), о том как нелегко было Быкову уговорить худсовет, что на роль Макарыча надо взять именно Смирнова. К моему удивлению, моя пятнадцатилетняя дочь стала проявлять интерес к происходящему на экране и мы сошлись на том, что ей надо обязательно посмотреть фильм "В бой идут одни старики" (не совсем потерянное поколение :), слава в богу в школе регулярно проходят встречи с ветеранами). Сказано - сделано. Скачал (еле нашел), зову дочь. Амбула (очень короткая) Запускаю фильм, идут первые кадры - черно-белая и дрожащая заставка киностудии имени Довженко. Тут же дочь разочаровано выдает: - У-у-у - "экранка". Что с нее взять - дитя Интернета. Фильм кстати ей понравился.

Вечер. После тяжелого трудового дня сижу за компом, потягивая холодный пивасик из жестяной баночки. Подруга пришла раньше чем предполагалось и докучает расспросами типа как дела на работе, чем занимался и т. д. Отмахиваюсь (ну реально ничего интересного не было за день) и прошу лучше поведать о том, как провела время она. Довольная возможностью выговориться, начинает тараторить о том, какую офигенную пальму привезли из-за границы её подружке Люське из восьмого подъезда, какая долбанутая эта Анька, которую она прождала целых 20 минут возле пинг-понг клуба и т. д. и т. п. Особо не обращая внимания на ее речитатив, пытаюсь вникнуть в смысл написанного в экране монитора. Сперва это удавалось, пока не резанула ухо мне одна из её фраз. - Стоп! Стоп, прелесть моя, стоп! Что ты только что сказала? - Когда? - Ну, только что! - Что именно? Я много чего только что говорила. - Кого ты мне предлагала поцеловать! Проверяешь, внимательно ли я тебя слушаю, что ли? Красотка призадумалась, поморщила свой курносик, порылась секунд 10 в оперативке и начала последовательно выкладывать произнесенное ею ранее: - Говорила, что заходила в продуктовый супермаркет, там, на втором этаже открыли новый отдел бытовой химии, купила шампунь и бальзам-ополаскиватель. Потом хотела купить чего-то к чаю, но вспомнила, что закончились деньги…. - Стоп! Стоп, солнышко! Какой ополаскиватель? - Для волос. Сухих и окрашенных. - Вот! Вот! Как называется? - Хербал Эсэнцис, «Поцелуй дождя». - Сама его целуй...))) - Кого? - Дождя!

«Металлобанда» или нетрадиционная бизнес-ориентация Есть у меня приятели-бизнесмены, которым в «лихие 90е» удалось «выкружить» небольшой по меркам воротил данного вида деятельности, но очень удачно расположенный участок земли, на котором находился заброшенный ещё в конце 80х цех. Также на территории располагались 4 ветки ж/д, козловые краны и оборудованные площадки для складирования металлопроката… Всё это было размером примерно 1,5х1,5 км. Единственно разумным со стороны братцев действием было устроить металлобазу. Что и было сделано, благо особенность большей части металлопроката – «фик подымешь», а пульт с которого подавалось питание на краны находился в цеху. Охрана базы была организована посредством двух кавказских овчарок, не признававших никого кроме хозяев, и даже днём, разложившись на настиле вольера, эти звери не вызывали никакого желания двигаться по территории иначе чем в сопровождении хозяев. Немного о самих братцах. Обычные бритые медведи, в смысле взять медведя и побрить – получится как раз один из братьев. Килограмм 150 самоходного мяса, причём специально обученного, ребята прошли Афган и Приднестровье, вернулись без единой царапинки. Валуев по сравнению с ними – хилая немощь, худая и бледная. Этакие чудо-богатыри. На третьем этаже базы, раздолбав перегородки между комнатушками руководства соорудили себе «жилой сектор», представляющий собой две дохренакомнатные квартиры, спортзал, баню.. короче было где развернуться, цех размерами в плане примерно 50х25 м. Организовали вдоль дальнего забора стрельбище и по вечерам тренировались в стрельбе из различного оружия, что естественно вызывало у местных жуликов-рэкетиров большое нежелание приближаться к данной базе. Разговоры ходили разные, но по моим данным братьев уважали, несмотря на отсутствие криминальных связей. Сначала у милиции были претензии, но потом договорились о совместном использовании тира, и проблемы пропали как вид. Жили ребята достаточно скромно, из Приднестровья приехали с молодыми красавицами-жёнами, которые рожали им с завидной регулярностью деток, для которых в дальнем углу было отгорожено место, и сделан детский городок, в который допускались детки из соседнего посёлка. В общем – моя база – моя крепость. Испытывали ребятки необъяснимую ненависть к «алкашне», принципиально не общались даже с любителями жидкости, но однажды сделали исключение, о котором и пойдёт речь. К одной из жён проездом заглянул брат. Неплохой парень, молдаванин, в разговорах проявлял завидную здравость суждений и трезвую оценку своих перспектив. Работал он водителем - дальнобоем, по работе и завернул в наш городок. А у водителей вечер без поллитры - жизнь не удалась, ну и не был он исключением. Даже наоборот, так любил «накатить», что мог забухать и зависнуть в каком-нибудь промежуточном пункте, за что постоянно получал втык от работодателя. История банальная и не вызвала бы интереса, если бы не просьба «повоспитывать» братца, озвученная женой. Загрузили они его прокатом в соответствии с накладной, и говорят – пойдём поужинаешь с нами. Ну сели, поели, а братец извивается ужом, говорит я так не могу, что за ужин без поллитры, я щас, сбегаю! И побежал в машину за бутылкой. Сидят дальше, кушают, ребята морс попивают, этот кадр добил пузырёк, и «поплыл». Не контролирует себя уже почти, речь путаная, глазки закрываются… Подождали ребята пока он уснёт, аккуратно как ребёнка малого на ручки взяли, для них это совсем не проблема, сами понимаете, и понесли в дальний уголок. Дальше конечно было всё «чудесатее и чудесатее». Созвонились с ментами, которые обычно были на пострелушках, те приехали тихонько. Намазали родственнику руки-футболку томатной пастой, руки сковали наручниками, положили его аккуратно к стеночке, темно уже было, включили прожектор прямо ему в глаза и водички в морду плеснули, и когда он глаз один открыл начали пинками поднимать на ноги, когда встал, люди в форме начали «зачитывать приговор». Машина стоит с мигалками, менты с автоматами… В приговоре его обвиняли в массовом убийстве и прочих страшных преступлениях, говорили что по законам офицерской чести они его гада даже не повезут в кутузку, а здесь прям расстреляют. Дочитали приговор, встали двое ментов с автоматами у пуза и дали очередь холостыми. Парнишка описался и ушёл в «отруб». Помыли его аккуратно, жёны одёжку состирнули и в кроватку спать положили. Проснулся он с утра, аж закричал от радости что живой, все придуряются что ничё не было. Много лет прошло, парень тот пить бросил совсем, переехал к этим ребятам и работает с ними на базе. Ему конечно всё рассказали, но он не обижается, наоборот благодарен. А братцев до сих пор иначе чем «металлобанда» никто не называет.