До намеченного официального пуска объекта оставалось дней десять, а сложнейшая технология и новейшее оборудование сотрудничать не желали, хоть тресни. И было кому "трещать" - инженерные бригады по 10-30 человек из каждого НИИ и КБ, завязанного в разработке и строительстве производства, работали уже месяц, пытаясь выжать лишний час из суток, проведенных на объекте. Бывает такое, вроде все проверено, ощупано, "вылизано", все аппараты и оборудование по-отдельности работает и пыхтит, но результата нет, а есть беспросветность и безвыходность. Начальник главка, вместе с начальником профильного отдела ЦК в редкие свободные часы ходили по коридору гостиницы грустными ибо ситуация обещала усекновение их высоких голов вместе с другими органами, отвечающими за размножение. Решение проблемы было найдено неожиданно. Его нашли два далеко не самых ответственных инженера (технолог и конструктор) сидя за ночным, стаканом спирта, оставшегося лишним после многократной промывки оборудования. Решение было простым и блестящим, как некоторые детали самца кошки. Утром их идее радовались все. Радость была несколько преждевременной, поскольку решение предстояло согласовать. И не просто согласовать, а СОГЛАСОВАТЬ. Для согласования нужно было собрать на объекте совещание, рангом равное коллегии нашего министерства, да еще и с самим министром во главе. У всей инженерной братии из разных городов большой страны образовалось два-три свободных дня – большие совещания быстрее не собрать. Кто-то уехал ловить тайменей и прочую рыбу в Бие и Катуни, кто-то шлялся по городу, кто-то просто отсыпался. Технолог и конструктор, быстренько "смастрячив", порученный им доклад, премировав себя дополнительной канистрой этиловомедицинского напитка, вместе с чувством выполненного долга сидели у себя в номере, изредка посещая ближайший магазин на предмет закусить. В коем магазине и были найдены нашим директором-академиком. - Вы чего, дятлы алтайские, совсем облепихи обожрались с похмелюги? – спросил немного взмыленный академик, вытягивая их из очереди и сопровождая речь сложносоставными идиомами, - совещание полчаса как идет, а Вы где шастаете? Вас же вчера САМ, предупредил лично. - Марат, скотина, - конструктор отвесил технологу подзатыльник, - я же тебе говорил, что вчера у нас в номере министра видел. А ты чего? Галлюцинация, галлюцинация... Хорошо хоть психушку не вызвал. Дурак. Совещание прошло. Объект был пущен в положенный срок. Высокие гости разъехались. Через неделю после пуска наша бригада, немного одуревшая от пламенных речей и праздничной смеси спирта с хересом, улетала домой. Водитель экскурсионного "Икаруса", выделенного заводчанами для нашей поездки в аэропорт, тоже выглядел одуревшим – мало того, что вчера проезд стал платным (три шестьдесят с носа), так еще и сегодня диспетчер вручил ему несколько рулонов шестикопеечных билетов и указание: "чтобы каждому отмотал". - Раз, два, три... - водитель начал отсчитывать первый шестидесяти билетный кусок, - четыре, пять, собьюсь ведь нахрен, - водитель оглядел салон в поисках жертвы-помошника. - Вот Ты, товарищ, - рука водителя указала, на самого, на его взгляд, представительного мужика и начальника отдела "технологов", - посчитай, а? Поеду я потихоньку, а то на самолет не успеем. - Раз, два, три, - начал считать уже представительный начальник. Он успел отсчитать две ленты, когда технолог, пожалев начальство, подал голос: - Петрович, чего их считать-то, ты их по номерам отрывай, прибавь шестьдесят к последнему и отрывай. - Вот ведь, технологи они и в автобусе технологи, - не выдержал конструктор, - считай-прибавляй. Петрович, ты их просто отмеряй по "эталону" - и вся недолга. Лет через десяток, а может и больше, представительный мужик, сменил нашего министра на его посту. Какие, однако, проницательными бывают водители автобусов.