Оказывается, за всю современную историю бедной героине портрета что только не назначали: и зубов лишали, и нарушение обмена холестерина ставили, и паралич лицевого нерва, даже идиотию. Но все-таки наиболее правдоподобным диагнозом (и пока последним) оказался гипотиреоз.

Однако, для начала нужно дать небольшое предисловие. Возможность подробно изучать малейшие детали изображения, не приближаясь носом вплотную к хрупким, и так уже видавшим виды краскам тонкой доски из тополя (не холста), появилась у искусствоведов и всех остальных интересующихся после того, как французский инженер Паскаль Котте (Pascal Cotte) в 2004 году воссоздал электронную версию полотна. Он использовал созданную им фотокамеру, представляющую собой 240-мегапиксельного сканер, и потратил на построение и обработку изображения суммарно около трех тысяч (!) часов. Стоит ли говорить, что разрешение получилось беспрецедентным.
Тогда разгадки тайн картины в прямом смысле слова «посыпались» как из рога изобилия. Оказалось, что и брови с ресницами были, но в процессе многочисленных реставраций стерлись, случайно или намеренно – неизвестно. А цвет, который мы видим сейчас – лишь жалкое подобие того, что видели наши предки 500 лет назад: тогда и небо выглядело голубее, и трава с деревьями – зеленее, да и кожа женщины дышала нежным розовым румянцем, а не отдавала болезненной желтизной.

Также под слоями краски обнаружились и другие портреты – наброски Мадонны, тоже кисти да Винчи, а также девушки, смотрящей в другую сторону, но без улыбки (более похожей на Лизу Герардини, но совершенно не похожей на итоговый образ). Это дало экспертам основание предположить, что на самом деле женщина, изображенная на полотне – не Герардини, супруга итальянского торговца шелком Франческо дель Джокондо, а одна из любовниц Джулиано Медичи, которая умерла при родах. Соправитель Флорентийской республики в память о ней заказал ее портрет во время беременности, и именно с этим связана та таинственная и притягательная улыбка, которую и передал Леонардо. Другие, однако, с этой версией не согласны.
Но мы отвлеклись. Как же обстоят дела с диагнозами? В том же 2004 году, сразу после того, как Котте опубликовал результаты своей работы, вышла статья бельгийских ревматологов и эндокринологов, которые рассмотрели во внутреннем уголке глаза у левого верхнего века Мона Лизы образование, очень похожее на ксантелазму – плоское желтоватое пятно, представляющее собой локальное подкожное отложение жиров, которое возникает из-за того, что в организме нарушается их обмен.

Авторы также увидели на правой руке женщины выпуклость, напоминающую липому – тоже доброкачественное образование из соединительной ткани, которое развивается в подкожной жировой клетчатке, в народе называется жировиком.

Медики предположили, что Джоконда страдала тяжелым нарушением обмена жиров – гиперхолистеринемией, при которой в крови сильно повышаются уровни холестерина, а это, в свою очередь, приводит к многочисленным жировым отложениям, в том числе и в сосудах. На это, по мнению авторов, указывала и довольно ранняя смерть в 37 лет (скорее всего, от инфаркта миокарда).
Но как бы не так. Исторические свидетельства гласят, что прожила женщина полные 63 года (1479-1542), абсолютно нормальные для Италии 16 века. Следовательно, с идеей об атеросклерозе и ранней смерти от ишемической болезни сердца можно попрощаться.
Были и более ранние предположения, касающиеся улыбки Джоконды. Американский оториноларинголог Кристофер Адур считал что она – не что иное как результат паралича Белла – паралича лицевого нерва, от чего развилась контрактура (спазм) мышц лица. Адур считал, что таким образом да Винчи объединил науку и искусство в единое целое (все как он любил).