Папа, похрипывая и давясь соплями, роется в ящике с лекарствами и стонет: - ... Где он? Где парацетамол..? (Это лекарство от температуры, лихорадки и прочих симптомов ОРВИ) Дочь, три с половиной года, внимательно следит за родителем, а потом поучительно заявляет: - Правильно папа... Просто будь мужчиной. - Э... Не понял? - от удивления папа слегка подвис. - Ну как же! - разумное дитя шокировано бестолковостью родителя: - Простамол! - Просто будь мужчиной! (Это средство то ли от простаты, то ли для потенции, но реклама, очевидно, на слуху) Папа, видимо, тоже слышал, что это за препарат, потому что сначала выпучил глазики на свою ангельскую девочку, дающую столь жизненные мужские советы, потом поперхнулся слегка, а еще через три секунды быстренько слился в другую комнату... по-моему, там он даже покраснел. Ребенок остался явно доволен произведенным эффектом :)

День идет за днем, а год за годом... Вот и я достиг возраста, когда реальные события становятся материалом для воспоминаний... Поезка к Черному морю в 1982 году так бы и стала зауряднейшим событием, если б не была для меня первым путешествием на юг. 11-летний мальчик, Солнце, галечные пляжи, никогда ранее не виданные мной, женщины в бикини, и "Синева до самого Солнца", как писал Мошковский. Через неделю я нырнул за рапаном с волнолома и угодил прямо в медузу. Она скользнула от затылка до пяток; я вылетел из воды, как ныряльщик в пущенной задом наперед пленке: ногами вверх и в мгновение ока очутился на волноломе. Отец сразу все понял, схватил меня и за 4 мин. добежал со мной до дома. У меня было что-то вроде шока, и я не мог вымолвить и слова. Уложив меня в кровать и накрыв прохладным пододеяльником, они с мамой кинулись искать хоть какую-то медицинскую помощь. Я же решил сам вылечиться и превозмогая боль залез в хозяйский буфет. "Коньяк,-решил я.-Будет самое то". Полбутылки я попросту залил в себя за минуту и сел за стол писать родителям записку. Через полчаса пришел папа с врачом из ближайшего санатория, "больной", то есть я, лежал на полу в трусах и с красной спиной мертвецки пьян, блаженно чему-то улыбаясь, видимо боль отпустила. Записка, написанная сперва ровными буквами, а затем гигантскими каракулями лежала на столе (она по сей день хранится в ящичке с моими документами). Вот что там было написано: "Мама и папа! Я решил себя лечить сам, вы не беспокойтис, я взял у Адели (хозяйка дома) коньяк и я его пил, когда я проснусь я буду абсолютно здорово" (на этом обрывается, верно воля моя в этом месте под действием алкоголя, содержащегося в коньяке, отделилась от тела, позволив последнему грохнуться на пол). Врач осмотрел меня сонного, сказал, что утром буду как огурчик и ушел. Утром я проснулся ровно в 9, ничего не болело, даже в ужаленных медузой местах. Единственный раз, кстати, когда у меня не было похмелья.

В поисках новой школы для дочери 11 лет забрели в Москве в математическую школу имени Лобачевского, а там еще до сих пор стоит "запах советских времен" и учителя подобающие. Одна из них, чрезвычайно гордая от того что она математик и т д проводила тест дочери и задавала кроме математики вопросы по математикам. - Наша школа основана в честь великого математика! Ну, девочка, - таинственно спрашивает она у моей дочери,- скажи ка нам, как фамилия этого математика?????? Дочь не знает и пожимает плечами, волнуется... Экзаменатор еще более таинственно: - этого человека не признали в свое время и даже, о ужас, сослали в Казань! - Пифагора, что-ли? с радостью воскликнула дочка.... Тетушку еле привели в чувство, а мы тихо из школы ретировались Теперь есть семейная история